Что нашли на старом дедовском чердаке

Что нашли на старом дедовском чердаке  Дедушка чаще всего посылал меня на горище, то есть чердак, за бумагой для «нужника» – туалета. 

Не лишенный воображения мозг порой укутывает иное услышанное слово в целый ворох одежек, сотканных из тайн и загадок. Скажем, если «остров», – то, конечно же, необитаемый, с зарытыми на нем пиратскими сокровищами, если «замок», – то с привидением, гуляющим по ночам.

Вот и среди слов, которые еще недавно были в ходу у наших бабушек и дедов и отражали реалии их быта, вроде доливки, кабыци, глэчика, для меня, в ту пору еще пацана, было одно, вот так же окутанное ореолом таинственности и мистики. Горище.

То место в доме, что мы сегодня называем чердаком.  В моем детском воображении именно там была грань между явью и сказкой. Или, как сказали бы сегодня, портал в другое измерение, иные миры.

Если вы верили в детстве в Деда Мороза, то я верил и в его друга Дошку – домового, живущего у нас на горище, который первым в новогоднюю ночь встречал Деда Мороза и помогал ему пробраться в дом, чтоб оставить подарки под елочкой. Моя бабушка, баба Саня, была очень набожной и во всякую там нечисть не верила.

Говорила, что все бесы живут глубоко под землей, в аду. Но вот раскаявшимся, по ее словам, в своих грехах злым духам Всевышний давал шанс на исправление и поручал присматривать за людским жилищем.

То место в доме, что мы сегодня называем чердаком.

фото для иллюстрации

Мол, если будут сотню-другую лет, будучи невидимыми и неосязаемыми, исправно помогать людям в выбранном им доме (уберегать от воров и нечистой силы, присматривать по ночам за скотиной, отводить порчу, поддерживать дом в безопасности, чтоб пожара не случилось или еще чего), ждет прощение.

А будут безобразничать – обратная дорога в преисподнюю. Судя по тому, что, нередко посылая меня за чемнибудь на горище, бабуля наливала чашку сладкого чая и велела оставить его там, на грубе у печной трубы, наш домовой служил исправно. Не на всем чердаке Дошка был полноправным хозяином.

Там, где можно было встать в полный рост, на стропилах висели холщовые мешочки с «сушкой» – сухофруктами из жердёл, яблок, вишен, пересыпанной листьями шелковицы. Считалось, что шелковица защищает их от «шашели» – белых личинок какого-то жучка. Или моли. Висели косы лука. Цыбули - как лук тогда называли. После сбора урожая лук сушили, а побеги не обрывали, вплетали затем, как в косу, в также высушенные узкие и длинные листья чакана (видимо – аира), который заготавливали на Миусе.

Эти длинные луковые гирлянды удобно было хранить в подвешенном состоянии. Странно, но сегодня мы пытаемся сохранить лук в подвале. Дедушка же чаще посылал меня на горище за бумагой для «нужника» – туалета.

Бумаги туалетной тогда еще не было, поэтому в ход шли старые журналы и газеты, которых на чердаке были целые развалы.

Сбросив деду парочку самых истрепанных, прихватив еще несколько, я подолгу задерживался наверху у открытой на горище дверцы, рассматривая пыльные выцветшие страницы.

«Вот почему Дошка нечасто заявляет о себе, – думал я, – читает, наверное». В дальние низкие уголки этого сумрачного пыльного мирка, увешанного, словно шторками, паутиной, лезть было жутковато.

Только кошка Мурка чувствовала там себя своей, обычно в самом темном схроне принося приплод. «Так подружка ж Дошкина. Тоже не от мира сего», – смеялась бабушка, передавая ей молоко в блюдце. На горище хранилось немало старых интересных вещиц.

К празднику Пасхи я лазил туда за металлическими ребристыми тубами – чехлами от немецких противогазов, оставшихся еще с оккупации села. Бабушка использовала их как формочки для выпекания пасхальных куличей – «пасок».

Среди других старых вещей помню часы с кукушкой, деревянную прялку, швейную машинку «Зингер». Куда все делось? Куда делся старый патефон, помню! Мы с другом Толиком, стащив, пока дед не видит, его с чердака, слушали на нем пластинки, снимая тупыми иглами с них стружку.

Но, пожалуй, самый ценный экспонат был найден после того, как умер дедушка. И приехавший из города двоюродный брат, не ведавший, конечно же, о Дошке, «прочесал » в поисках антиквариата все дальние уголки горища. И нашел. Шашку! Превосходно сохранившуюся, в ножнах, с почти не тронутым временем лезвием.

Только одна «щечка » на рукоятке, набранная из какого-то дерева, рассыпалась. Брат пообещал на заводе, где он работал, все отреставрировать. И забрал. Больше я ее не видел.

Эта шашка так и осталась самой большой тайной того горища. Дед прошел три войны. Имел и медали, и тело в шрамах. А вот о шашке никогда не вспоминал. Хотелось бы приподнять завесу тайны. Но это будет уже другая история.

С. Авдеенко. Приазовская степь, февраль 2017

Запись опубликована в рубрике СТРОЙКА с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>